15:56 11 Июля 2020
Прямой эфир
  • RUB142.48
  • EUR11455.78
  • USD10184.73
Колумнисты
Получить короткую ссылку
132841

Политолог и востоковед Дмитрий Верхотуров рассуждает для Sputnik Узбекистан о программе перевода промышленных предприятий республики с потребления природного газа на уголь.

Министерство энергетики Узбекистана недавно отчиталось об успехах в своей "угольной эпопее", то есть программе по переводу кирпичных заводов и теплиц с потребления природного газа на уголь. В 2018 году на уголь было переведено 33% производств кирпича и 27% теплиц, а за пять месяцев 2019-го – еще 94 кирпичных завода и начат перевод на уголь 115 теплиц. Доля потребления угля в этих отраслях, естественно, поднялась.

Данный вопрос был бы узкоспециальным для энергетиков, но дело в том, что  программа перевода ряда предприятий на уголь вызвала в стране довольно активную критику и дискуссии. Пущен в ход целый набор аргументов: дополнительные затраты на переоборудование, дороговизна высококачественного угля и необходимость его экспорта, неэкологичность и даже тот аргумент, что Узбекистан не идет в ногу с развитыми странами, которые сокращают добычу угля и переходят на газ. То есть общественный интерес к теме есть.

Тратить газ на овощи или на оборудование?

Сначала о том, что лежит на поверхности. Программа по переводу предприятий на уголь появилась в качестве меры по высвобождению дополнительного объема газа, который можно экспортировать.

Природный газ занимает весомое место в узбекском экспорте. По данным Госкомстата, в 2018-м было экспортировано газа на 2,4 млрд долларов (что при цене в 145 долларов за 1000 кубометров соответствует 16,5 млрд кубометров газа). Весь экспорт Узбекистана в прошлом году составил 14,8 млрд долларов, так что газ составляет 18,9% от всего объема.

По подсчетам "Узбекнефтегаза", в ходе программы по переводу на уголь может быть высвобождено только на кирпичных заводах 2,1 млрд кубометров газа. Экспортная стоимость его 304,5 млн долларов. А всего, по предварительной оценке, может быть высвобождено газа на сумму около 500 млн долларов или 3,4 млрд кубометров.

Участок магистрального газопровода
© Sputnik / Григорий Сысоев
Экспорт газа – это валютная выручка, которая расходуется на импорт. В нем, по данным 2018 года, 41,9% приходится на машины и оборудование. Импорт, таким образом, обслуживает многочисленные инвестиционные проекты в Узбекистане. Увеличение экспорта газа на 300-500 млн долларов позволит существенно нарастить импорт машин и оборудования, что ускорит реализацию инвестиционных проектов и производство необходимых страны товаров.

Обогреваемые теплицы, в свою очередь, потребляют порядка 1 млрд кубометров газа, на 118 млн долларов по внутренним ценам или на 145 млн долларов по экспортным. Но при этом тепличное хозяйство само дает государство экспортную выручку.  

Ориентируясь на весь объем плодоовощного экспорта Узбекистана (на 815 млн долларов за январь-ноябрь 2018 года), можно предположить, что переводить все  теплицы на уголь не слишком выгодно.

Технические нюансы обжига кирпича

Что касается производства кирпича, то тут вопрос стоит совершенно иначе. Разумеется, производители кирпича прекрасно знают, что уголь для них выгоднее газа. Это можно проиллюстрировать следующими цифрами. Расход газа на 1000 штук кирпича составляет около 300 кубометров (у компании Original Gold Ceramic, опубликовавшей свои возражения против перевода на уголь, – 303,7 кубометров). Стоимость этого газа по внутренним ценам составляет 35,4 долларов. Для обжига кирпича углем расходуется около 140 кг условного топлива (условное топливо – это уголь с теплотой сгорания 7000 ккал). Если мы возьмем импортный уголь из Казахстана (шубаркульский, с теплотой сгорания 5600 ккал и средней зольностью в 7%), его надо около 190 кг на 1000 штук кирпича. При стоимости казахстанского угля в Узбекистане в 800 тысяч сум (92,3 доллара) за тонну, получается, что стоимость израсходованного угля на обжиг кирпичной садки в 1000 штук составит 17,5 долларов. В два раза дешевле.

Раз так, то почему кирпичные заводы не кинулись до сих пор за углем? Причина этого, равно как и корень возражений, состоит в технологических нюансах. Для кирпичников природный газ, конечно, удобнее. Он сгорает равномерно, пламя и температуру легко регулировать, он позволяет обжигать более плотную садку и увеличивать выход готового кирпича с одной операции. А вот обжигать кирпич углем надо уметь. Это довольно сложное дело. Мелко размолотый уголь надо сыпать в обжигаемую садку так, чтобы получался равномерный нагрев. Небольшая небрежность - и кирпич будет испорчен. Поэтому кирпичники цепко держатся за газ.

Сколько их не убеждай, что уголь выгоднее (что им и так известно), они не хотят идти на замену газа на уголь, потому что производство продукции с нестабильным качеством быстро их обанкротит. Узбекские строители, у которых есть свои требования к качеству стройматериалов, оказавшись с некачественным своим кирпичом, станут ввозить его из Казахстана или даже России. И тогда ожидаемая выгода от замены газа на уголь может быть легко перекрыта ростом затрат на импорт стройматериалов и убытками от разорения собственных кирпичных заводов.

То есть ситуация получается неоднозначной, в которой баланс выгод и потерь может сложиться самым неожиданным образом. Не слишком разумно тратить более 2 млрд кубометров драгоценного газа на обжиг кирпича. Но при этом не нужно допустить того, чтобы качество продукции упало.

И об экологии

Уголь действительно более проблемное топливо, чем газ. Уголь дает сильное загрязнение при перевозке и перегрузке, больше выбросов при сгорании (особенно сернистого ангидрида), от него остается зола. В Китае, где загрязнение воздуха дошло до нестерпимых пределов, правительство вынуждено ограничивать потребления угля в крупных городах.

Между тем в мировой энергетике доля угля все еще составляет 40%, а в Европе – 25%. Уголь по-прежнему остается наиболее дешевым и доступным топливом для получения тепла и электроэнергии. Скажем, в Германии, в которой в 2018 году закрыли последние шахты Рура, добыча угля, тем не менее составила 169 млн тонн. Циклопический буроугольный карьер Яншвальде при ТЭС, построенный еще в ГДР, до сих пор работает. А шахты Рура закрыли не сколько по экологическим, сколько по экономическим причинам: они стали слишком глубокими, добыча получается невыгодной. Другое дело, что в Германии при сжигании угля применяются технологии высокой очистки воздуха.

Поэтому сказать, что уголь везде вытесняется как неэкологичное топливо – значит, исказить ситуацию. Скорее, идет упорная борьба между экологами и энергетиками, в которой у каждой стороны есть свои веские аргументы. 

Узбекским заводам нужны российские технологии

Из этой тупиковой, на первой взгляд, ситуации, конечно, есть выход. Надо лишь подобрать и испытать технологии, которые позволяют использовать уголь экономично и экологично.

Для кирпичных заводов еще в советские годы создавалась пылеугольная технология, когда в печь вдувают размолотый до пыли уголь. Эффект получается сопоставим с газом, однако для таких целей нужен высококачественный уголь, который в Узбекистане импортный и дорогой. Ангренский уголь для этого не годится: теплота сгорания у него бывает 2000 ккал, а зольность достигает 60%, то есть фактически используется лишь часть сжигаемого угля.

Есть и другие способы, связанные с превращением твердого топлива в газообразное: газогенераторы и реакторы термического разложения. В обоих случаях образуется горючий газ, который можно использовать для замены природного. Преимущество этих методов в том, что можно использовать любой уголь, даже самого скверного качества.

Метод термического разложения позволяет также превращать в горючий газ древесные отходы, отходы птицефабрик и животноводческих комплексов, вплоть до бытового мусора.

Эти технологии есть в России, где существуют предприятия, которые разрабатывают и совершенствуют оборудование для переработки твердого топлива и отходов в газ. Можно привлечь их к сотрудничеству, построить и испытать несколько опытных установок, а потом, по результатам испытаний и доработок, решить вопрос с использованием газа в корне.

Такой подход потребует времени и денег. Однако, на мой взгляд, у него есть перспективы, поскольку споры кирпичных заводов с "Узбекнефтегазом" могут продолжаться годами, а резкие безапелляционные решения могут подорвать узбекскую промышленность строительных материалов.

Стоит отметить, что логика правительства Узбекистана, проводящего замену природного газа на уголь в некоторых отраслях, полностью понятна и оправданна. Особенно сейчас, когда в республике начался инвестиционный бум, требующий валютных ресурсов. Но вопрос это непростой, он имеет ряд экономических и технических нюансов, которые обязательно должны быть учтены при исполнении правительственной программы.

Теги:
промышленная зона, промышленность, Газ, газ, Уголь



Главные темы

Орбита Sputnik