09:47 13 Июля 2020
Прямой эфир
  • RUB142.48
  • EUR11455.78
  • USD10184.73
Культура
Получить короткую ссылку
24841

Журналист Sputnik Лев Рыжков пообщался с Эсмой и узнал о риске, которому подвергалась съемочная группа, о чудесах на съемочной площадке и многом другом.

ТАШКЕНТ, 24 фев — Sputnik, Лев Рыжков. Известный британский режиссер Алан Паркер говорил, что кино — это зеркало жизни. Но жизнь — процесс очень непростой. И бывают в жизни, например, такие темы и явления, снимать фильмы о которых не решится ни один продюсер. Например, ни одна статусная кинокомпания никогда не сделает кино о том, как происходит вербовка в ряды запрещенного в России и ряде других стран Исламского государства. Страшно такое снимать.

А юная, хрупкая девушка из Петербурга, абхазка по происхождению, взяла, да и сняла фильм, на который никогда бы не хватило духу ни одному из серьезных кинематографистов. Фильм называется "Темная сторона разума". А девушку-режиссера зовут Эсма Апсны. Журналист Sputnik Лев Рыжков пообщался с Эсмой и узнал о риске, которому подвергалась съемочная группа, о чудесах на съемочной площадке и многом другом.

Группа риска — идеалисты

Эсма, взяться за тему вербовки молодежи в ИГ вас заставил какой-то конкретный случай?

Таких случаев много. Я слышу о них. Лично у меня друзей, которые завербованы, нет. Но я очень много знаю людей, проживающих, например, в Узбекистане. И я знаю, что оттуда в Сирию уезжают даже целыми семьями. Это немыслимо звучит, но они уезжают. И дело не в том, что это люди какие-то глупые. А в том, насколько профессионально действуют вербовщики.

Кроме того, я состою в нескольких интернет-сообществах. И там я встречаю много реальных жизненных историй. Вот, допустим, такая: юноша с девушкой поженились. Каким-то образом его завербовали. Но он тащит молодую жену за собой. И она решается на то, чтобы анонимно написать в группе: "Что мне делать?". Потому что муж потерял свою личность. Стал другим человеком.

Какие регионы и страны можно назвать зоной риска?

Обыватель думает, что добровольцев набирают в Дагестане, в Чечне. Но по-настоящему вербуют в мегаполисах — в Москве, Санкт-Петербурге. Ведь в Москву съезжается очень много людей. И вот родители отправляют туда детей-отличников, которые всегда учились на пятерки, прилежных, которые не курили даже сигареты, не пили и приходили домой в девять часов вечера. А потом мама своего ребенка не узнает. Его будто подменили. И некоторое время спустя он оказывается в Сирии. Я знаю о таких случаях.

Был громкий случай, когда студентка из Москвы поехала в ИГ. И я догадываюсь, почему это происходит даже с детьми из благополучных семей.

На съемках фильма Темная сторона разума
Из личного архива Эсмы Апсны
На съемках фильма "Темная сторона разума"

И почему?

Потому что человек был одинокий. Он может быть очень хороший, замечательный. Но он одинокий. И очень слаб в своей религии, то есть, в православии. А когда человек слаб в своей религии, ему очень легко навязать другую.

То есть, в группе риска — молодые одинокие девушки?

Это — студенты первого, второго, третьего курсов. Подростковый возраст не до конца закончился. Психика неустойчива, неуравновешенна, ценности до конца не закрепились. Такими людьми очень легко манипулировать. И обычно в таком возрасте люди — максималисты с упрощенной, утрированной картиной мира. Они — легкие жертвы.

Как можно предотвратить побег чада в ИГИЛ?

Чтобы ничего этого не было, родителям надо больше внимания уделять своим детям. Уделять внимание надо не только деньгами. Я понимаю, если человек 24 часа на работе, сложно вникнуть в проблемы ребенка. Но раз уж вы родили человека, надо быть с ним друзьями. Это не значит, что ребенок должен приходить и рассказывать все подряд: с кем кушал, завтракал, гулял. Но он должен вам доверять.

То есть, получается, воевать в Сирию едут исключительно чистые душой люди?

Туда едут две категории людей. Первая — это люди наивные, добрые, чистые, жертвы искаженной информации. И когда они туда приезжают, уже обратного пути нет. На 99,9% никто не возвращается. А вторая — люди, которые прекрасно понимают, куда они едут и зачем, которые далеки от духовных ценностей.

Я знакома со свидетельствами людей, которые каким-то чудом вернулись из Сирии. Так вот, им было стыдно. Один из них, глубоко верующий человек, говорил:

"Я боялся, что умру, окажусь перед Богом, а Он скажет: "А за что ты умер? И среди кого?"

Среди убийц и насильников. Я вообще считаю, что нет худшего греха, чем прикрываться именем Бога.

А если у человека — проблемы с деньгами, и он заработать хочет?

Многие едут исключительно из-за денег. А ИГИЛ платит очень хорошие деньги. Но не факт, что вы сможете их потратить.

На съемках фильма Темная сторона разума
Из личного архива Эсмы Апсны
На съемках фильма "Темная сторона разума"

Съемки с Божьей помощью

А как у вас родилась идея фильма "Темная сторона разума"?

Идея родилась в соавторстве с Валидом Алькобпланом. Это мой друг, который учится в Санкт-Петербурге на врача. Мы давно дружим, еще со второго-третьего курса. У него мама из Саудовской Аравии, папа живет в Дубае. Мы с Валидом одновременно пришли к мысли, что надо про ИГ снять. В один день. Это странно, но это так. Мы по телефону созванивались. И вот как-то в один день это пришло. Я не могу даже сказать, кто именно автор идеи.

И мы начали писать сценарий короткометражного фильма. А это было сложно, потому что я — православная, а Валид — мусульманин. А мы хотели снять про исламский мир, и этот фильм должен не обидеть чувства людей, не задеть их, а наоборот возвысить религию. Очень многие удивлялись, говорили: "Почему ты, православная, снимаешь про мусульман?". Я считаю, что Бог — один и главное, чтобы человек шел правильным путем, к добру.

Насколько я знаю, фильм вы сняли за собственные средства?

Никто не хотел помогать. В Дубае у многих людей есть финансовые возможности. Но они не хотели. Потом что они понимали, что участие в съемках, возможно, принесет им много проблем. Они по-своему Валида как-то отговаривали. Но он сказал: "Я все равно пойду до конца. Я все равно это сделаю".

То есть, продюсером был Валид?

Да. Он же сыграл главную роль. Другие люди просто не соглашались.

Ему угрожали?

Да. Такое было. Во время съемок неоднократно звонили и говорили: "Вы что делаете? Играетесь? Ну, мы вам поможем в таком случае. И для вас это закончится не наилучшим образом". Но мы шли до конца.

А съемочную группу легко было собрать?

Мне было съемочную группу сложно собрать, потому что многие не понимали — кто такие ИГ, что это? Они говорили: "Нас это не касается, мы далеко!". Но ведь на самом деле мировые войны из-за такой "мелочи", из такой крупицы и разрастаются. На самом деле ИГ — очень кровожадный враг, очень страшный. И если все время закрывать глаза, завтра он постучится в нашу дверь. Или даже не постучится, а выломает. Уже спасения нигде будет не найти.

Поэтому я считаю, что равнодушие — большой грех. Один совершает зло. Другой думает: "А, ладно! Меня это не касается!". Но равнодушный будет за это наказан. Ведь бездействие это тоже действие.

У нас в фильме нет титров. "Темная сторона", наверное — единственный фильм в мире, где, можно сказать, нет титров. Я с уважением относилась к выбору людей. Переспрашивала по два раза. Ведь это ответственность не только за свою жизнь, но и, возможно, за жизнь близких. В общем, в фильме нет никаких фамилий, кроме трех. Моей, Валида и оператора. Тот долго сомневался, но потом присоединился к нам. Решил, что гордиться сделанным можно.

А почему, Эсма, именно вы такая бесстрашная?

А чего бояться? Страшно, мне кажется, прожить бессмысленно жизнь. Вот это страшно. И потом я — верующий человек. И для меня важнее послесмертие. Не знаю. Для меня важны добрые поступки, благородство.

Кинорежиссер Эсма Апсны
Из личного архива Эсмы Апсны
Кинорежиссер Эсма Апсны

Сами съемки проходили легко или трудно?

Если я вам скажу, вы можете не поверить. Нам помогал Бог. Это правда. У нас были очень сжатые сроки. Мы не могли себе позволить то время, которое нам бы хотелось. И нам Бог все давал. Я много снимала. "Темная сторона…" — не первая моя работа. Но с такой помощью я сталкивалась впервые.

То есть, подворачивались возможности?

Абсолютно! Мы снимали прошлым летом, в Санкт-Петербурге. Причем это было самое худшее лето, которое я помню. 17 июля шел снег. А мы снимали три дня. И в дни съемок было солнце. Можно сказать, конечно, что — да, это стечение обстоятельств. Но это было бы неправдой.

Еще бывали определенные моменты… Допустим, мы приезжаем на локацию. А главный герой надел не ту обувь. Надо ехать обратно. И тогда мы не успеем. И тут понимаем, что он должен быть босым. Он ведь молится. И было много таких моментов. То есть, либо мы — самые везучие люди в мире. Но это маловероятно. Либо нам кто-то помогал.

Расскажите, сколько можете, о сюжете фильма.

Это история двух друзей, одного из которых вербуют в ИГ. Он думает, что станет мучеником. Второй — его лучший друг — объясняет, что он идет по неправильному пути, и к мученичеству это не имеет никакого отношения. Он будет не жертвой, а, наоборот, палачом. И он находит слова, чтобы отговорить своего друга. Но люди, которые занимались вербовкой, этому не рады по той причине, что они теряют достаточно большую сумму. И тогда они решают отомстить.

То есть, концовка трагическая?

Не скажу. Могу только сказать, что она заставляет задуматься, и уже каждый зритель может понять сам — плохо или хорошо закончилась история.

Кинорежиссер Эсма Апсны
© Sputnik / Вадим Шекун
Кинорежиссер Эсма Апсны

А где можно посмотреть ваш фильм?

Мы хотим отправить фильм на фестивали. А потом обязательно выложим в Интернет. Обязательно. Люди могут посмотреть. Но это попозже. Для тех, кто не знает: если выкладываешь фильм в Интернет, на фестиваль его отправлять уже нельзя.

Я только учусь…

Эсма, а расскажите о себе? Как вы пришли в кинематограф?

Я училась в Санкт-Петербурге в Институте кино и телевидения у Виктора Семенюка — Царство ему Небесное. Он был заслуженный документалист и очень безжалостный, строгий тиран. Но я чувствовала, что он на самом деле любит и меня и то, что я делаю. Но он был очень жесток. И когда я его спрашивала: "Почему вы так с нами обращаетесь?", он говорил: "Жизнь будет обращаться еще жестче". Я ему благодарна, потому что он меня закалил.

Скоро буду получать диплом, надеюсь — получу, во ВГИКе у Юрия Кары. Он — полная противоположность моему первому наставнику. Теперь я учусь делать художественные фильмы. Юрий Викторович — очень мягкий, добрый наставник, все время подбадривает.

Первые мои работы, естественно, были документальными. Если коротко, то все мои документальные фильмы о людях, которые прошли очень сложные испытания в жизни. А затем у меня были короткометражные художественные работы.

А фамилия Апсны — это псевдоним? Или настоящая?

Моя настоящая фамилия Хурхумал. Когда я назвала себя Апсны (Абхазия), я не отрекалась от настоящей фамилии. Просто я подумала, что если мои работы заслужат внимание людей, то люди будут узнавать о моей малой Родине. И это также вечное напоминание о том, что я не имею права на ошибку. У меня уже были случаи, когда мне предлагали хороший заработок. Но эти поверхностные фильмы были для меня неприемлемы.

Может быть, я выбрала самый сложный путь, самый долгий. Возможно, благодарный. Возможно, нет. Я не знаю. Время покажет.




Главные темы

Орбита Sputnik