05:11 04 Августа 2020
Прямой эфир
  • RUB137.46
  • EUR12021.09
  • USD10209.86
Общество
Получить короткую ссылку
5963911529

Сорокалетняя жительница Пермского края отказалась от привычной жизни и, бросив все, уехала за любимым в незнакомый ей Узбекистан. В Бухаре супруги живут уже год: растят двоих детей, пекут лепешки, ждут окончания срока депортации и мечтают о чуде.

ТАШКЕНТ, 10 июл — Sputnik. Эту удивительную историю, пожалуй, можно сравнить с подвигом жен декабристов. В узбекскую Бухару пермячка Татьяна Баратова приехала в середине прошлого года. Это важное для себя решение она приняла после того, как ее мужа, уроженца этого древнего города, выдворили из России за нарушение миграционного законодательства.

Ехать в незнакомую страну, с другим менталитетом и образом жизни было страшно. Мнения родных и близких разделились. Сама же Татьяна, несмотря на риск, нисколько не сомневалась в своем решении.

Бухара приняла ее гостеприимно и тепло, жизнь в древнем городе казалась сказкой. Но, в жизни не все так гладко, так что новоиспеченной семье пришлось пройти через многие испытания.

Татьяна и Шурик

Татьяна Баратова, в девичестве Зуева, родилась в 350 километрах от Перми в селе Бондюг Чердынского района в образованной и интеллигентной семье. Ее отец, как она сама говорит, всегда занимал хорошие руководящие должности. Отношение к жизни сформировалось соответствующее.

В какой-то момент они переехали в Пермь, где открыла свой салон красоты, вышла замуж и родила двух дочек. Однако отношения с супругом не сложились, и семья распалась. В этот непростой период в ее жизни и появился Шароф.

Татьяна и Шароф Баратовы в своей пекарне в Бухаре
Фото предоставлено Sputnik
Татьяна и Шароф Баратовы в своей пекарне в Бухаре
Она зовет его Шуриком, да и он сам уже давно привык к этому имени, даже порой обижаясь, когда его называют иначе. Впервые в Россию он приехал в 2000-м, вместе со всей своей семьей. Тогда ему было 14. С тех пор на родину выезжал несколько раз, и то по депортации.

Они сошлись в 2016 году, а спустя несколько месяцев его снова выдворили. Он отсутствовал три месяца. Для Татьяны это стало временем слез, переживаний и страданий. Для Шурика – испытанием.

"К тому моменту все его родственники уже были в Бухаре, и они решили его женить", — вспоминает Татьяна.

Ее супруг по-своему смотрел на этот брак и дальнейшие отношения, переживая за материальное положение в семье.

"В 1990-х мы нарвались на мошенников и потеряли жилье, здесь у меня ничего нет. Она же из обеспеченной семьи. Что бы я мог ей дать?", — пояснил Шароф.

Как бы то ни было, через три месяца он вернулся к любимой. А на следующий год опять нарвался на ФМС: снова депортация и еще месяц разлуки. В 2018-м они, наконец, оформили супружеские отношения и стали думать о совместных детях. К сожалению, столкнулись с проблемами, разрешить которые может только ЭКО — экстракорпоральное (искусственное) оплодотворение. Плюс ко всему пара не успела подготовить все необходимые документы для легализации Шарофа в России и он снова вынужден был выехать на родину.

"Через год после ЗАГСа его снова выслали. Здесь его опять попытались женить, и даже наводили порчу на меня. Оказывается, местные женщины очень часто ходят к гадалкам, ворожеям. Мы стали ругаться, я начала болеть, но все в итоге обошлось, и в марте я приехала сюда в первый раз. Нашла со всеми его родственниками общий язык и приняла решение после завершения учебного года переехать с детьми", — вспоминает Татьяна.

Восточная сказка и неженское дело

В Бухаре семья вновь воссоединилась и поселилась в съемной квартире.

"Мы приехали, казалось бы, в нормальных одеждах. Но с открытыми плечиками и в шортах здесь ходить неприлично. Сейчас я уже одеваюсь по-другому, сдержано. Молва разошлась молниеносно, соседи задавали кучу вопросов. Всем было интересно, как он привез русскую женщину, с двумя чужими детьми", — рассказывает героиня.

Вскоре соседи привыкли к приезжей паре. Стали завязываться дружеские отношения. А спустя четыре дня они начали собственный бизнес, взяв в аренду пекарню.

"У меня такой характер, я не буду работать на кого-то. Я не представляла себе другой жизни, что приеду в Узбекистан и устроюсь где-то продавщицей. Конечно, я и его настраивала на собственный бизнес", — продолжает Татьяна.

Дела шли хорошо. Она в них не вмешивалась, доверив это, как здесь принято, мужчине. Да и по местным традициям женщин не допускают к работе в пекарне, где готовят национальные лепешки. Она ходила по базарам, знакомилась с городом, занималась детьми, устроила их в школу. Жизнь в древнем городе казалась настоящей восточной сказкой.

Идиллия продолжалась недолго. Уже в августе начались первые проблемы. Арендодатель закрыл пекарню, сославшись на необходимость заменить газовый счетчик. Вопрос решался 10 дней. За это время разбежались все рабочие. Печь хлеб было некому.

"Накопления быстро закончилось. На последние деньги мы купили мешок муки и решили печь лепешки сами. Но как это делать? Начали восстанавливать в памяти, как это делали наши сотрудники. Позвали старого пекаря, но он так и не раскрыл ни одного секрета. В конечном итоге мы все испортили", — вспоминает пермячка.

Тесто для узбекских лепешек в частной пекарне в Бухаре
Фото предоставлено Sputnik
Тесто для узбекских лепешек в частной пекарне в Бухаре

Баратовым самим пришлось с нуля постигать науку хлебопекарства. Приходили какие-то знакомые, каждый что-то советовал, но полным опытом никто не делился. Учиться ремеслу пришлось методом проб и ошибок.

"С одного мешка выходит 180 лепешек, на каждой из них нужно сделать не менее 21 щипка. Погодные условия меняются – тесто не поднимается. Кроме того, мы участвуем во всех школьных мероприятиях с детьми, я очень серьезно отношусь к их образованию и всегда держу учебу под контролем. В итоге у меня стали опухать руки и ноги, я уже просто ничего не могла делать", — признается Татьяна.

Татьяна Баратова за работой в пекарне в Бухаре
Фото предоставлено Sputnik
Татьяна Баратова за работой в пекарне в Бухаре

В ноябре сменили арендодателя, нашли более выгодное предложение. Однако люди все еще смотрели на нее с подозрением.

"Женщины здесь не работают в пекарнях. Я ловила на себе их взгляды, они ко мне относились с каким-то даже презрением. Мне так хотелось объяснить всё этим людям… но я молча пекла лепешки. Мужчины, наоборот, – с уважением, удивлением, особенно те, кто понимал, что мы муж и жена", — рассказывает россиянка.

Со временем все стало получаться, выработалась привычка, появилось чувство уверенности и удовлетворения от любимого дела. Но жизнь приготовила новые испытания — мир захлестнула пандемия коронавируса.

Лепешки из тандыра, испеченные семьей Баратовых
Фото предоставлено Sputnik
Лепешки из тандыра, испеченные семьей Баратовых

Всем бедам назло к заветной мечте

Введенный из-за эпидемии карантин повлиял на жизнь практически всех граждан. От дома до работы час ходьбы: транспорта нет, велосипеды под запретом. Подорожала и мука, да и нести 50-килограммовый мешок, а то и несколько, приходилось чуть ли ни на своих плечах. Многие пекари просто бросили свое дело. Баратовы пытались справиться и с этим. Пока COVID-19 не обнаружили у соседей в их подъезде.

"Это было на Пасху. Три недели нас не выпускали, мы поели холодной окрошки и заболели гнойной ангиной. Страшно испугались, но все обошлось – анализы оказались чистыми. Соседи помогали. Когда закончился карантин, чуть ли ни праздник все устроили. Но за это время мы потеряли все магазины, они нашли других поставщиков. Хорошо, что накануне муж успел купить мешок муки. Нам было с чего начать. Мы рассчитались с долгами, оплатили квартплату и съехали с квартиры, так как владелец поднял аренду", — вспоминает об очередных тяготах пермячка.

Новый хозяин жилья тоже оказался неблагонадежным. Он обвинил пару в неуплате долгов, несмотря на письменные договоренности сторон. Баратовы до сих пор вынуждены отстаивать свою правоту. И снова убытки от нестабильного графика, вызванного беготней по инстанциям в поисках правды и защиты своих интересов.

Сейчас Татьяна и Шароф снимают жилье рядом с пекарней, правда, от этого бизнеса все же решили отказаться: слишком тяжело. Шурик уже устроился на работу в строительной сфере, а его супруга решила вернуться к парикмахерскому делу, которым занималась еще на родине.

Татьяна Баратова
Фото предоставлено Sputnik
Татьяна Баратова
"Мы планируем вернуться в Россию через 3,5 года, когда закончится срок его депортации. Очень хотим общих детей. Надеемся на ЭКО. Жаль в Узбекистане эта процедура пока недоступна, а в РФ ее бесплатно раз в год предоставляют по квоте. Пожалуй, это сейчас главное испытание в нашей счастливой жизни. Но, я думаю, мы справимся и с этим", — заключила героиня.

Татьяна признается, что несмотря на все тяготы и перипетии в Бухаре, она ни разу не пожалела, что приехала сюда. Недаром русская поговорка гласит: с милым рай и в шалаше, среди лепешек и горячего тандыра.




Главные темы

Орбита Sputnik