Ташкентский «крепкий орешек»: удивительная история Сиднея Джаксона
Как застрявший в Туркестане американец стал отцом-основателем узбекского бокса
Бокс в Узбекистане сегодня
В наши дни мужская сборная Узбекистана по боксу — одна из фаворитов предстоящих Олимпийских игр в Токио. Блестящий результат на Играх в Рио, а также на последних мировых и азиатских первенствах доказывает высокий уровень узбекской школы бокса. Однако мало кто знает, что основы этому ровно сто лет назад заложил простой парень из Нью-Йорка, волей судеб оказавшийся в предреволюционном Туркестане.
Национальный олимпийский комитет Узбекистана
Сидней Джаксон
Заслуженный тренер СССР (1957) Сидней Джаксон родился в Америке в 1886 году, но по воле случая оказался в итоге в Узбекистане и внес большой вклад в развитие бокса в Средней Азии. Он работал тренером по боксу в Ташкенте, сформировал спортивный актив, вел большую учебно-методическую работу с тренерами и общественную работу в Федерации бокса Узбекской ССР.

Дочь легендарного тренера Паина Сиднеевна Джаксон поделилась со Sputnik воспоминаниями об отце и его многочисленных прославленных учениках
Одержимые боксом
В конце XIX века, когда родился будущий тренер, Америка буквально бредила боксом, о чем можно судить, читая, например, произведения Марка Твена
Сидней был крепышом, но небольшого роста, из-за чего сначала его тренер забраковал, но потом обратил внимание на упорство, целеустремленность и природные способности мальчика, взял его на обучение.

Помимо любви и страсти к боксу, у Сиднея появилось желание заработать хоть что-то для себя и родных. Тем более к этому времени его отец умер, и семья, оставшись без кормильца, жила бедно. На тот момент в США были

популярны зрелищные бои для публики, входные билеты на которые стоили недорого, а боксерам доставалась своя скромная доля за участие. Любовь и страсть к спорту у Сиднея переросли в попытку заработать для себя и семьи. Он приходил домой в синяках, чем всегда вызывал огорчение матери, но приносил долгожданные деньги. Паина Сиднеевна рассказывает, что тогда в домах стояли газовые счетчики, которые работали, только если туда опускали монету.
Приключения Сиднея в России
Бокс покорял мир, любовь к нему среди всех наций росла, и команда Джаксона поехала на матчевые соревнования в Англию (Манчестер, Бирмингем). После Туманного Альбиона Сидней с товарищем решили посмотреть Россию, о которой были наслышаны. Ребята жаждали путешествий, а также надеялись организовать в стране выступления и заработать.
Первая мировая война застала Джаксона и его друга в Российской империи, так что выехать на родину не представлялось возможным. Пока финансы позволяли, парни жили в гостинице, потом кончились деньги и начались сложности.
По совету знакомых Сидней с компаньоном попытались вернуться в США через Среднюю Азию: спуститься на юг к Афганистану или Ирану. Но опять же отсутствие денег не позволило товарищам завершить свой путь. Оказавшись в Ташкенте, Сидней, оставшийся на тот момент один, вынужден был искать работу, чтобы хоть как-то прокормиться.

Эти умения пригодились, когда Сидней устроился на работу в швейную фирму Яушевых в столице.

В то время Ташкент выглядел очень своеобразно. Центр города был заселен сосланными российскими интеллигентами: медиками, профессорами, культурными деятелями, у которых был свой жизненный уклад, а местное население расположилось на периферии. Сидней снимал жилье у одной узбекской семьи, с которой крепко сдружился. Благодаря этому он изучил русский и узбекский языки, узнал традиции и обычаи местного населения.

Тем не менее парень хотел вернуться на родину, обращался в административные организации, искал способы выехать домой, но все попытки оказались тщетными.

На фото: Улица Зарафшан — здание бывшего Пассажа купцов Яушевых
Ринг из бинтов и палок
В душе Джаксона всегда был бокс, огромная неуемная энергия и любовь к этому спорту. В конце 1921 года, когда спортсмен уже выучил языки, заработал определенную сумму денег и освоился в Ташкенте, он приступил к организации первого в Туркестане спортивного общества «Фортуна». В открытии и поиске помещения для клуба ему помогли многочисленные друзья. Сидней владел не только боксом: он хорошо плавал, играл в большой теннис и футбол, прекрасно катался на роликах и велосипеде. Поэтому он не стал ограничиваться открытием одной секции, а создал новый спортивный мир и впустил в него узбекистанцев. Сам Сидней Львович возглавил секцию бокса, а на другие виды спорта нашел талантливых тренеров. В итоге к 1924−1925 годам в обществе «Фортуна» насчитывалось более 600 членов.
Джаксон организовал также водные станции и помог становлению плавания в Узбекистане, в том числе открыл одну из них на бывшем Комсомольском озере.

Жизнь закипела. Сидней исколесил на велосипеде все уголки Ташкента, обклеил все старые дувалы (заборы) и будки объявлениями

о спортивных секциях. Встречался, агитировал ребят заниматься боксом, объяснял и доказывал родителям, почему это хорошо для их детей. Не было такой махалли, где бы ни появлялся Джаксон на своем велосипеде, превратившись в живую «достопримечательность Ташкента».
Советская власть во многом помогла Джаксону в организации секций и поощряла пропаганду спорта. Через несколько лет, а именно в 1927 году, с помощью профсоюзов «Фортуна» была преобразована в спортивное общество «Профинтерн». В его состав вошло больше спортивных секций.
Кстати, само название «бокс» на короткое время было под запретом, а спортивную секцию Джаксона именовали как
«способы защиты и нападения».
Впрочем, такая опала длилась недолго, и вскоре привычное слово вернули в обиход.
В то время бокс не был особо популярен, и Джаксон приложил много усилий, чтобы привить молодым узбекистанцам любовь к этому виду спорта. Пропаганда принесла свои плоды.

Джаксон добился цели. В 1935 году был создан Дворец пионеров, при нем Джаксон организовал первую детскую секцию бокса (пожалуй, первую тогда в большой стране). Мальчиков набирали с 11 лет. Все ребята в городе хотели учиться только у Джаксона.
Самаркандская, 28
Бывшая улица Самаркандская (ныне Ш. Рашидова) район, где жил Джаксон в 1920-е годы
Он был строгим тренером, но учил по-настоящему и был добрым по-отечески. Один из его выпускников — боксер Владимир Карпов в своей книге пишет:

«Он очень любил нас, и мы точно так же очень любили его».
Другой ученик Джаксона Илья Люксембург рассказывал, что пошел заниматься боксом потому, что их «лупили» на улицах Ташкента.

Бату Газизов, известный боксер, многократный чемпион и тренер Узбекистана, тоже учился у Сиднея Львовича. Он жил с братом в переулочке, который назывался Тихим, но в довоенные годы там орудовала дворовая шпана. Братья Газизовы пошли на бокс, несмотря на протесты родителей, чтобы давать отпор обидчикам. Но Джаксон всегда учил:

«Драться можно только на ринге, а в жизни применять свои кулаки нельзя. Другое дело — если на вас напали».

Это было его кредо.
Философия бокса
Паина Сиднеевна вспоминает, что отец уделял особое внимание органичному воспитанию своих учеников, а не просто показывал им приемы бокса. Джаксон формировал у детей не только физическую форму, но и закалял дух. Он говорил:

«Вы можете не стать классными спортсменами, но должны стать настоящими людьми».
Сидней учил ребят владеть своим телом, он виртуозно работал с грушей и прыгал на скакалке более 500 раз, да так ловко, что даже скакалки не было видно.

Через дом Джаксона прошли все его великие ученики и друзья-товарищи, а его дочь Паину
называли «девочкой у ринга», потому что часто видели вместе с отцом на соревнованиях. Видя синяки и кровь боксеров, она однажды спросила отца, почему такой добрый человек выбрал бокс делом всей жизни. Он ответил очень философски:
«Представь, что ринг — это поле боя, где встретились два полководца, которые должны сражаться друг с другом. Важно так построить тактику боя, чтобы победить и обыграть противника. Бокс — это умная, правильно построенная игра, где должна работать голова, должны быть натренированы ноги, должны быть сильные руки. Бокс — это работа на результат».
Джаксон в семье
Сидней Львович долго не женился, но как-то раз в гостях у друзей он познакомился с еврейской девушкой из Украины Бертой Брагинской. На ее родине было тревожное время — голод и продолжавшиеся погромы после Гражданской войны. Семья перебралась в Ташкент, где им понравилось гостеприимство и материальное благополучие, а также отсутствие антисемитизма.

Берта, которая вынуждена была убегать и прятаться в течение ряда лет от погромов, переехав в 1926 году в столицу Узбекистана, так отзывалась о новой родине: «Я обожаю и благословляю Узбекистан».
Девушка даже к гадалке ходила, которая и напророчила ей крепкую любовь с Джаксоном. Так все и было. Сидней слал жене любовные письма из командировок, а Берта была душой дома: встречала всех гостей мужа, поила их чаем, провожала.

Паина Сиднеевна рассказала, что в детстве любила слушать мамины истории о добром молочнике Абдурахмане, который приносил им молоко. Двери дома никогда не закрывались, семья никого не боялась. Абдурахман приходил, оставлял молоко и розы для мамы, а на дереве делал зарубочку.


Гостеприимство семьи Джаксона ярко проявилось в годы Второй мировой войны. Узбекистан принял сотни тысяч беженцев со всего Советского Союза. В Доме Сиднея и Берты нашли приют 22 человека из Украины. В его крохотной квартире, где они жили впятером, для всех была еда, место для учебы и отдыха. Один ребенок даже стал называть Джаксона «папа Сидней Львович».
Паина Сиднеевна запомнила еще одну особенность отца — он практически никогда не хвалил своих детей на людях. Девочке однажды стало даже обидно, и она подошла к Джаксону с этим вопросом.
Прощание и память
Уважение к Сиднею Джаксону и его дому было не только на территории самого Узбекистана, а во всем СССР. Его знали все ведущие спортсмены, тренеры, судьи и другие люди, близкие к культуре бокса. На праздник Сидней Львович получал более 100 открыток. Даже после его смерти на знакомый многим адрес приходили письма от таких известных спортсменов, как тренер Шевалдышев, тяжеловес Королев, Огуренков, Щербаков, Градополов, от братьев Тестелец из Риги.

В начале января 1966 года Сидней Джаксон скончался. В Узбекистане ему устроили грандиозные похороны со всеми почестями. Спустя несколько дней Комитет по культуре и спорту при Совете министров Узбекистана издал указ об учреждении ежегодного мемориала памяти легендарного боксера и тренера. Также в Ташкенте была открыта школа бокса имени Джаксона.
Турнир памяти Джаксона

Владимир Васильевич Карпов

Герой Советского Союза, писатель, публицист, чемпион Узбекистана и республик Средней Азии по боксу в среднем весе, ученик Сиднея Джаксона. В Великую Отечественную отличился тем, что за годы войны взял в плен 79 «языков».

Даже спустя почти три десятка лет после смерти своего наставника Владимир Карпов в 1995 году напишет в журнале «Гонг»:

«Имя тренера вызывает в душе почтение и огромную любовь».

Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
В ЭФИРЕ
Заголовок открываемого материала