Миграция

Роды и операции на дому: как мигранты организовали подпольную медицину

© Sputnik / Александр Кондратюк / Перейти в фотобанкВрач готовит женщину к предстоящим родам
Врач готовит женщину к предстоящим родам - Sputnik Узбекистан
Где и как лечатся нелегальные мигранты в России, а также во сколько обходится "домашняя" медицина, читайте в материале РИА Новости.

ТАШКЕНТ, 28 авг — Sputnik. В крупных городах действуют этнополиклиники и целая сеть врачей, которые частным образом проводят востребованные у приезжих процедуры. На днях после домашнего обрезания едва не умер двухлетний мальчик из таджикской семьи. 

"Некоторые работают без медицинского образования"

Двадцатого августа проживающие в Новой Москве граждане Таджикистана вызвали скорую к двухлетнему ребенку. Врачам объяснили, что воспользовались услугами частного специалиста, который провел их сыну обрезание в домашних условиях, пишет РИА Новости.

Врачи после операции - Sputnik Узбекистан
Общество
В Узбекистане появится Ассоциация народной медицины
Сначала глава семейства хотел обратиться в платную клинику, но там за процедуру запросили 30 тысяч рублей. Тогда приезжие вызвали частного доктора — его им порекомендовали знакомые. Те уверяли, что человек "проверенный", да и берет недорого.

Врач приехал на следующий день, сделал два обезболивающих укола, приступил к процедуре. Однако ребенку стало плохо — он начал биться в судорогах, синеть, лишился чувств.

На вертолете мальчика доставили в больницу. Как выяснилось, на фоне обезболивающего у него случился анафилактический шок, ребенок впал в кому. Медикам удалось стабилизировать его состояние, сейчас жизни мальчика ничего не угрожает.

Самолет авиакомпании Уральские авиалинии - Sputnik Узбекистан
Общество
Младенец высокого полета: как экипаж рейса Ош — Екатеринбург принял роды
Специалиста, к услугам которого прибегла семья, задержали: оказалось, он работал без лицензии. Возбудили уголовное дело. Глава семьи говорит, что провести процедуру не в медицинском учреждении он решил только в целях экономии.

Председатель Ассоциации таджикских организаций "Самандар", член Совета по делам национальностей при правительстве Москвы Абдулло Давлатов считает, что обрезание на дому — вполне обычная для некоторых выходцев из Средней Азии практика.

Он рассказал, что в Таджикистане для этого часто вызывают "усто" — мастера. У таких людей, как правило, нет медицинского образования, но есть огромный опыт, который они передают из поколения в поколение.

"Я сам несколько раз видел, как они работают, и был поражен. Помню, как "усто" дал пятилетнему ребенку национальную лепешку и попросил, если будет больно, зажать ее зубами. Однако мальчик даже вскрикнуть не успел, как мастер сделал свое дело. И без всякой анестезии. Потом я спросил у парня, больно ли ему было, но ребенок ответил, что нет, будто комар укусил", — рассказывает Давлатов.

Он также отметил, что вместо антисептика "усто" используют сожженную вату — считается, что этот материал обладает обеззараживающим эффектом.

"Что интересно, у того мастера, за чьей работой я наблюдал, в аптечке была синтомициновая мазь. Но он предпочитал вату. И ни об одном осложнении после такого кустарно проведенного хирургического вмешательства я не слышал", — утверждает он.

Однако в Россию "усто" не едут. А некоторые родители, отдавая дань традициям, хотят провести эту процедуру дома, ведь обрезание — один из главных праздников в жизни мальчика и его родных.

Рожаем в России по закону: памятка беременным женщинам из Таджикистана

"Семьи копят деньги, чтобы достойно это событие отметить. Приглашают всех родственников, друзей, односельчан. Непосредственно во время самой процедуры присутствуют только самые близкие — отец, брат. Остальные пируют в соседней комнате",— описывает церемонию Абдулло.

Пассажиры поезда Москва – Душанбе взвешивают багаж на перроне Казанского вокзала - Sputnik Узбекистан
Миграция
Приток мигрантов в Россию в 2017 году снизился на 19%
О традициях мигранты не забывают и в России. Из-за востребованности за эту услугу часто берутся не хирурги или урологи, а терапевты и фельдшеры.

"Знаю одного человека, который этим занимается вообще без специального образования. Он у себя дома видел, как это делают, а приехав в Россию, решил предлагать свои услуги за деньги", — рассказывает собеседник.

Абдулло Давлатов и сам врач общей практики, работает в одной из московских поликлиник. Он предупредил, что если приглашенный специалист взялся провести обрезание ребенку летом, значит, у него нет даже минимальных познаний в медицине.

Ведь в жаркое время делают только экстренные операции — из-за того, что очень плохо заживают раны, есть риск инфицирования.

Рабочие на строительной площадке - Sputnik Узбекистан
Миграция
Госдума приняла поправки о регистрации мигрантов в нежилых помещениях
В медцентрах, прежде чем провести процедуру, у ребенка обязательно берут анализ крови, в том числе на свертываемость, малыша осматривает педиатр. Правда, стоит обрезание в клиниках недешево — минимум 25 тысяч рублей.

"А мастера на дому обычно берут 150-200 долларов. Для многих родителей, приехавших сюда на заработки, это решающий фактор. Тем более фиксированной таксы нет — все зависит от благосостояния семьи", — делится подробностями председатель ассоциации таджикских организаций "Самандар".

Врач-уролог Детской городской клинической больницы имени Н. Ф. Филатова Кирилл Струянский рассказал, что с осложнениями после выполненной на дому циркумцизии (так по-научному называется обрезание) к ним привозят двух-трех пациентов ежегодно.

"В основном их доставляют с кровотечениями. Врачи, которых вызывают на дом, не располагают необходимым оборудованием. В частности, у них нет коагулятора, который бы останавливал кровь. Летальных исходов за мою практику не было, но лечение малышам требовалось серьезное", — отметил он.

Родовая миграция

Если обрезание некоторые мигранты стараются провести на дому, то рожают женщины, приехавшие на заработки, наоборот, в больницах.

Причем, по заверениям Давлатова, часто беременные специально прилетают в Россию, чтобы здесь "разрешиться". В Таджикистане за все процедуры приходится платить. В России же экстренную помощь оказывают бесплатно, и неважно, гражданин ты страны или нет.

Именно поэтому женщины на сносях, когда чувствуют приближение схваток, просто звонят в скорую. У них принимают роды и лечат потом в течение трех дней бесплатно".

Это касается любых жизнеугрожающих состояний — серьезных травм, острых отравлений, инфекций.

Для того чтобы вызвать скорую, нужно хотя бы мало-мальски говорить по-русски, а на это способны далеко не все мигранты. Да и многие приезжие испытывают страх перед официальными инстанциями — легальные документы есть далеко не у всех. Для таких работают подпольные клиники.

"Как-то совместно с благотворительной организацией мы решили открыть на одном из московских рынков врачебный кабинет, где нашим соотечественникам оказывали бы бесплатно первую помощь. И что вы думаете — на нас начали "наезжать" владельцы местной клиники. Так и говорили: это наш хлеб, лучше сюда не суйтесь. Пришлось закрыть проект, — говорит Абдулло. — Но мне стало интересно, чем же лечат моих соотечественников местные доктора. Я поспрашивал у ребят, работающих на том рынке, все говорили о горячем уколе. Выяснилось, что почти как панацею от всех болезней местный доктор делал инъекции хлорида кальция. На самом деле на всех рынках есть дельцы, которые прямо по рядам ходят с медицинским чемоданчиком и лечат чуть ли не в палатке".

"Делали подложные справки о никохе"

Двадцать третьего июля 2018 года в клинике, расположенной в центре Москвы, в Варсонофьевском переулке, от анафилактического шока скончалась гражданка Кыргызстана Жазгуль Сарбагушева.

Ей было 39 лет, и, согласно версии персонала, она обратилась к врачам для проведения интимной пластики. Впрочем, как предполагают следователи, женщина хотела сделать нелегальный аборт.

Владел клиникой уроженец Казахстана. Лицензии на осуществление медицинской деятельности не имел. Все врачи были из числа мигрантов, пациенты — тоже. В рекламе учреждение не нуждалось — хватало сарафанного радио.

Бухгалтерия тоже была номинальной, велась в обычных тетрадках — их потом нашли на ближайшей помойке. Ну а одной из самых популярных услуг в центре был медикаментозный аборт.

Как объяснила клинический психолог Елена Мухамедова, которая ранее работала с пациентками Московского областного перинатального центра, подпольно мигранты делают аборты не только потому, что это дешевле, но и потому, что пропускают сроки, в которые эту процедуру можно провести легально.

Дело в том, что, когда женщина приезжает в Россию следом за мужем, чаще всего русского языка она не знает, из дома выходит мало, а все общение с внешним миром у нее происходит через супруга.

Следовательно, сама поехать в клинику она не может, но и сказать мужу о своем намерении часто не решается, поскольку это не принято культурально, мужчина такими вещами не занимается.

"В итоге она просрочивает срок, когда беременность можно прервать законно. Кроме того, восточной женщине психологически очень сложно решиться на аборт, у них в семьях культ плодовитости. Из-за этого она до последнего откладывает поход в клинику", — рассказала специалист.

По ее словам, чаще всего на эту процедуру идут одинокие женщины, забеременевшие в результате приключившегося в России романа. Обычно после такого известия мужчина сбегает, ведь на родине его ждут жена и дети, а вернуться же домой на сносях или с ребенком женщина не может.

"К врачу своей национальности беременная, скорее всего, не обратится. Общины достаточно сплоченные, может случиться так, что ассистировать доктору будет медсестра из соседней деревни. Поэтому, если, к примеру, узбечка решится на аборт, она пойдет к врачу-таджику. Обычно телефоны таких докторов передаются по сарафанному радио от подруги к подруге", — утверждает эксперт по миграции Гавхар Джураева.

В правозащитную организацию, которой раньше руководила женщина, часто обращались беременные мигрантки, которые не решались избавиться от ребенка, но и уехать домой с внебрачным малышом не могли.

"Таким мы выдавали фиктивные документы о вступлении в брак по мусульманским обычаям — то есть о совершении никоха (мусульманский обряд обручения. — Прим. ред.). У нас был представитель духовенства, который на свой страх и риск выдавал эти свидетельства. Если бы в мечети узнали, его бы выгнали. Но он понимал — таким образом сохранит жизнь еще не родившегося ребенка. Потом мы от имени организации писали письмо родным девушки, что ее муж оказался подлецом и сбежал, узнав, что скоро станет отцом. После этого она спокойно, не опозоренная, ехала рожать домой", — вспоминает Джураева.

На столь радикальные меры эксперт вместе с коллегами пошла после случая, произошедшего с одной таджичкой, которая забеременела и не знала, куда обратиться, чтобы сделать аборт.

"Она пропустила все сроки, решила рожать, вызвала домой какую-то акушерку. Та приняла роды, а молодая мама сразу после ее ухода взяла и задушила младенца. На суде она рыдала, говорила, что просто не видела выхода из ситуации", — вспоминает Джураева.

"Увозят подальше от стройки и бросают"

По словам правозащитницы, в нулевые было достаточно много смертельных случаев после лечения на дому. В результате общины решили открывать "этнополиклиники". По утверждению руководителя общественной организации "Кыргыз — Биримдиги", в Москве только кыргызских медцентров насчитывается больше тридцати.

Один из таких расположен недалеко от станции метро "Проспект Мира". Работают здесь только мигранты, лечатся — тоже. Цены в разы ниже, чем в обычных коммерческих клиниках. Например, световая пломба стоит всего тысячу рублей, столько же — удаление зуба.

Проблема в том, что в таких поликлиниках оказывают только терапевтические услуги. Что делать, если нелегальный мигрант сломал руку или серьезно отравился? В таких случаях, говорит Джураева, работодатель сажает его в машину, увозит подальше от стройки, оставляет на остановке или трассе и вызывает скорую.

"Однажды в ночи позвонили мне ребята, работавшие на стройке в Подмосковье, сообщили, что их товарищ сорвался, переломал все кости, а бригадир напрочь запретил вызывать врачей. Сказал, что просто не откроет ворота. Пришлось им грузить бедолагу в легковушку, благо она у них была, и везти на соседнюю улицу", — описывает реальный случай Гавхар.

Так поступает большинство работодателей. Впрочем, те, у кого есть совесть, потом через родственников переводят деньги на лечение и обратную дорогу домой. Если этого не происходит, роль страхового фонда выполняют диаспоры.

"Помню, к нам в фонд обратилась женщина — у нее умер муж. Необходимую для перевозки тела на родину сумму собрали за один день, — говорит Джураева. — А это не пятьдесят и даже не сто тысяч рублей. Таким же способом собирают деньги для тяжелобольных. Хоронить на чужбине еще никого не приходилось".

Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
В ЭФИРЕ
Заголовок открываемого материала
Международный
InternationalEnglishАнглийскийMundoEspañolИспанский
Европа
DeutschlandDeutschНемецкийFranceFrançaisФранцузскийΕλλάδαΕλληνικάГреческийItaliaItalianoИтальянскийČeská republikaČeštinaЧешскийPolskaPolskiПольскийСрбиjаСрпскиСербскийLatvijaLatviešuЛатышскийLietuvaLietuviųЛитовскийMoldovaMoldoveneascăМолдавскийБеларусьБеларускiБелорусский
Закавказье
АҧсныАҧсышәалаАбхазскийԱրմենիաՀայերենАрмянскийAzərbaycanАzərbaycancaАзербайджанскийХуссар ИрыстонИронауОсетинскийსაქართველოქართულიГрузинский
Ближний Восток
Sputnik عربيArabicАрабскийTürkiyeTürkçeТурецкийSputnik ایرانPersianФарсиSputnik افغانستانDariДари
Центральная Азия
ҚазақстанҚазақ тіліКазахскийКыргызстанКыргызчаКиргизскийOʻzbekistonЎзбекчаУзбекскийТоҷикистонТоҷикӣТаджикский
Восточная и Юго-Восточная Азия
Việt NamTiếng ViệtВьетнамский日本日本語Японский俄罗斯卫星通讯社中文(简体)Китайский (упр.)俄罗斯卫星通讯社中文(繁体)Китайский (трад.)
Южная Америка
BrasilPortuguêsПортугальский