12:45 20 Сентября 2019
Прямой эфир
  • RUB146.51
  • EUR10421.13
  • USD9411.30
Колумнисты
Получить короткую ссылку
123623

Встреча министров иностранных дел стран Центральной Азии и заместителя госсекретаря США Дэвида Хэйла в формате С5+1 (или "Центральная Азия плюс США"), состоявшаяся в Нур-Султане, не может не вызывать интереса экспертов.

Заседание состоялось за закрытыми дверями, и о содержании беседы в столь представительном формате известно крайне мало: сотрудничество в области безопасности, борьбы с терроризмом, в области развития транспорта и инвестиций и т. д. Хэйл на брифинге заявил, что приехал в Казахстан в соответствии с договоренностями, достигнутыми в ходе визита президента РК  Нурсултана Назарбаева в США в январе 2018 года.

Возникает вполне законный вопрос: что это было? Такое совещание США со странами, которые не просто южные соседи России, но и партнеры и даже военные союзники (Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан входят в состав ОДКБ), не может не вызывать интереса, причем весьма настороженного. Министр иностранных дел России Сергей Лавров еще в январе 2018 года заявил, что этот формат нацелен на то, чтобы разорвать отношения стран Центральной Азии с РФ. Лавров подчеркнул, что Россия не против развития внешнеполитических отношений стран региона, но отметил, что эти отношения не должны наносить вред действующим договоренностям.

С такой оценкой, в целом, стоит согласиться. Действительно, похоже, что Штаты пробуют себя в качестве старшего политического партнера для стран ЦА и, возможно, пытаются вытеснить оттуда Россию. Хорошо известно стремление США к политическому и военному доминированию в обширных отдаленных регионах.

Но все же вряд ли увещевания сменить внешнеполитического партнера были главной темой состоявшегося в Нур-Султане совещания. Обычно на такие встречи выносят совершенно конкретную тему, требующую обсуждения на межгосударственном уровне, которая и является гвоздем программы. Политические инициативы очень редко выдвигаются с "чистого листа", обычно они имеют некоторый контекст и историю.

Что имитация, а что – нет

© Пресс-служба президента Узбекистана.
Сам формат переговоров появился еще при президенте США Бараке Обаме, и первая встреча состоялась 1 ноября 2015 года в Самарканде, а вторая –  в августе 2016-го в Вашингтоне. Согласно информационному бюллетеню Госдепартамента США, стороны договорились о следующих проектах: борьба с  терроризмом, повышение конкурентоспособности регионального бизнеса, развитие транспортного коридора, "зеленой" энергетики и поддержка национального планирования в области адаптации к изменению климата.

Стороны договорились создать рабочие группы по этим направлениям, из которых наиболее активно работает группа по борьбе с терроризмом. На эти цели Штаты выделили 15 миллионов долларов.

Но, по большому счету, это финансирование разговоров. Такого бюджета хватит только для организации встреч и обсуждений, его слишком мало, чтобы перейти к каким-либо материальным проектам. Так что анализ позволяет заявить, что большая часть предложенных проектов существует в виде некоторой имитации.

К примеру, для того чтобы взяться всерьез за задачи изменения климата в Центральной Азии и связанные с ними водно-энергетические проблемы, требуются сотни миллионов долларов только на научные изыскания и проектные работы. Строительство необходимых объектов, к примеру, крупных ГЭС для создания запаса воды, требует уже десятков миллиардов долларов.

Решение транспортных проблем Центральной Азии в наибольшей степени зависит от России и Китая, которые в этом формате переговоров отсутствуют. Что же касается строительства железной дороги через Афганистан, то только на это требуется около 5 млрд долларов, да и проектные работы там тоже недешевые.

Повышение конкурентоспособности регионального бизнеса также требует больших вложений и многих лет работы и к тому же зависит от экономических отношений с Россией и Китаем. США с обеими этими странами сейчас не в самых дружеских отношениях. Что же конкретное и масштабное они могут предложить Центральной Азии?

Так что реальный вопрос, который наверняка выдвигался на обсуждение, – это терроризм, то есть Афганистан, и попытка достичь примирения с "Талибаном".

Талибы как легальные политические партнеры

Судя по всему формат С5+1 изначально создавался для поддержки переговорного процесса с талибами и последующей интеграции их в легальную политическую систему Афганистана. Переговоры США с "Талибаном" резко активизировались как раз после того, как у Штатов истек срок мандата ООН на присутствие в стране иностранного военного контингента. Иностранный контингент был резко сокращен, и это создало значительные трудности в противостоянии талибам и союзным им радикальным группировкам.

Есть и еще одна причина для США заняться примирением с талибами. Именно в 2015 году долгий процесс пакистано-китайского сближения дошел до своего логического завершения и был закреплен визитом председателя КНР Си Цзиньпиня в Пакистан в январе 2015-го. Пакистан получил статус "незаменимого друга" Китая, став, по существу, его военным союзником, в том числе и в атомной сфере. Штаты же сделали ставку на Индию.

Пакистан поначалу поддерживал кампанию НАТО в Афганистане, но в 2012 году перевозки грузов для войск Североатлантического альянса через Пакистан прекратились. Это заставило США прибегнуть к "северному маршруту" через Россию, Казахстан и Узбекистан. Данный путь следования требовал больше времени, снабжать по нему крупную группировку войск стало невозможно, что и сделало необходимость переговоров и примирения с талибами практически неизбежной.

Договориться с "Талибаном" оказалось очень нелегко и потому, что у США заметно сократились возможности силового давления, и потому, что руководство талибов постаралось использовать этот шанс полностью и получить максимум уступок. Но, похоже, что длинная эпопея близится к концу, и в основном мирное соглашение с "Талибаном" согласовано. Когда оно будет подписано, "Талибан" исключат из списка террористических организаций так же, как подписавший ранее мирное соглашение Гульбеддин Хекматияр, а талибы смогут вернуться к мирной жизни и участию в политике.

Талибы (речь идет, конечно, только об афганских талибах), по всей видимости, видятся в дальнейшем частью афганской политической системы: парламента и правительства. Но чтобы закрепить этот их новый статус, требуется своего рода признание, то есть должна быть группа стран, которая будет иметь с ними дело и апробирует их в качестве легальных политических и экономических партнеров.

На мой взгляд, США выбрали для этой миссии страны Центральной Азии как наиболее близкие талибам по культуре и религиозному мировоззрению, а также в наибольшей степени политически нейтральные к ним. Если это так, то формат С5+1 – это переговоры, в которых Штаты убеждают страны ЦА взять на себя эту функцию.

По всей видимости, экономические, транспортные и энергетические проекты  также обсуждаются в этом контексте, поскольку очевидно, что устойчивое примирение в Афганистане потребует ощутимого улучшения экономической ситуации в стране. Но пока что это только разговоры и обмен мнениями.

Так получилось или нет?

Думаю, что результат совещания в Нур-Султане был неплохой, но все же далек от блестящего успеха. Об успехе нам бы сообщили.

Позиция центральноазиатской пятерки, вероятнее всего, такова. С одной стороны, эти страны вовсе не отказываются от определенного участия в афганских делах, более того, признают это полезным и необходимым хотя бы для пущей безопасности, что особенно актуально для приграничных с Афганистаном стран.

Но, с другой стороны, будущее весьма туманно. Во-первых, афганская экономика и все перспективы ее роста зависят от американской экономической помощи, тогда как США в последние годы сами испытывают серьезные финансовые трудности. Столько денег, чтобы поднять афганскую экономику, нет и у стран Центральной Азии. А Китай, который мог бы купить Афганистан целиком, остался по ту сторону закрытых дверей совещания.

Во-вторых, страны ЦА, вероятнее всего, прекрасно понимают, что договариваться с США надо осторожно, с учетом позиции России и Китая, которые к региону значительно ближе, и возможностей влияния здесь у них намного больше, чем у американцев.

Поэтому, скорее всего, разговор шел примерно таким образом: Хэйл расписывал блестящие перспективы, а министры иностранных дел стран ЦА, с положенными в таких случаях дипломатическими комплиментами, настаивали на получении более весомых доказательств того, что все это в действительности сбудется.

На том и разъехались.

Теги:
Россия, политика, Таджикистан, Кыргызстан, США, Центральная Азия, Казахстан, Нур-Султан, Ташкент, Узбекистан



Главные темы

Орбита Sputnik