Колумнисты

Что Байден потерял на Ближнем Востоке

© AP Photo / Manuel Balce CenetaПрезидент США Джо Байден. Архивное фото
Президент США Джо Байден. Архивное фото  - Sputnik Узбекистан, 1920, 05.07.2022
Подписаться на
Yandex newsTelegram
Джо Байден едет на Ближний Восток — через неделю начнется поездка, в ходе которой он посетит Израиль, Палестину и Саудовскую Аравию.
К визиту в последнюю приковано главное внимание — и не потому, что в ходе него президент встретится сразу с главами девяти стран (шесть из Совета сотрудничества государств Персидского залива плюс приглашенные лидеры Египта, Ирака и Иордании), пишет колумнист РИА Новости Петр Акопов.
Нет, все дело во встрече с саудовским наследным принцем Мухаммедом бен Салманом, которого Байден обещал сделать изгоем, в первую очередь из-за убийства четыре года назад журналиста Хашогги. Но теперь американский президент едет фактически на поклон к принцу, потому что нужно же что-то делать с Путиным, еще более страшным злодеем, чем Мухаммед, реальный правитель Саудовской Аравии. Байден хочет уговорить принца отказаться от нефтяной сделки с Россией в рамках соглашения ОПЕК плюс, то есть выбросить на рынок дополнительные объемы нефти. Это привело бы к падению цен и уменьшило доходы России от экспорта, а еще вызвало бы снижение цен на бензин в США, остановив падение рейтинга Байдена и демократов — и позволив им сохранить контроль над конгрессом после ноябрьских выборов.
Американцы отмечают один из последних Дней независимости
Так считают в Вашингтоне, но в реальности обе цели недостижимы. Выборы в ноябре демократы точно проиграют — претензии избирателей к ним не ограничиваются одной лишь инфляцией, и даже если бы цены на заправках упали, это не помогло бы однопартийцам Байдена. А "ударить по карману Путина" и вовсе не получится — отказ Запада от российской нефти уже вызвал и дефицит черного золота, и рост цен, скомпенсировать который просто небольшим увеличением предложения не получится. И даже серьезное наращивание добычи не помогло бы сбить цены, потому что Запад своими собственными действиями — сначала бешеной эмиссией, а потом и замораживанием российских валютных активов — сделал все, чтобы нефть (как и другие виды сырья) стала крайне привлекательной для вложения обесценивающихся денег.
Но самое главное — ни о каком выходе из соглашения с Россией Саудовская Аравия и не помышляет. Сближение с Россией и Китаем было осознанной политикой саудовского руководства — оно встало на этот путь еще в позапрошлом десятилетии, при предыдущем короле. А за последние девять лет произошли два важнейших события, закрепившие курс на меньшую зависимость королевства от США.
Первым стал отказ Барака Обамы от удара по Сирии в августе 2013-го: прочертив красные линии и пригрозив карами за их нарушение, президент США потом отыграл назад — к огромному негодованию саудитов. Они посчитали, что союзник их просто "кинул", и в знак протеста даже отказались от положенного им места непостоянного члена Совета Безопасности. Отговорил от удара по Сирии Обаму тогда Владимир Путин, который через два года отправил российскую военную группировку на помощь Асаду. И саудиты увидели, кто и как помогает своим союзникам.
А в начале 2015-го умер король Абдалла — и на престол взошел его младший брат, 79-летний Салман. Но реальным правителем страны достаточно быстро стал его сын, принц Мухаммед, который стал регулярно приезжать в Россию к Путину. Так стратегический интерес саудитов к России дополнился личными связями двух руководителей, которые уже прошли проверку временем. России также важна координация с Саудовской Аравией — и не только на нефтяном рынке. Москва снова стала заметным игроком на Ближнем Востоке и, в отличие от Вашингтона, делает ставку не на игру на противоречиях между персами и арабами, а на их постепенное примирение. В последнее время Эр-Рияд и Тегеран ведут переговоры в Багдаде — и это хороший знак для Москвы.
Америка ищет настоящих мужчин
А Штаты, располагающие огромным влиянием в регионе, все больше запутываются в собственной непоследовательной игре. Если при Трампе им удалось добиться заключения "Соглашений Авраама" между Израилем и несколькими арабскими странами (в первую очередь Эмиратами), то рожденный при нем же план палестино-израильского урегулирования оказался абсолютно неприемлемым для арабов. Метания от ядерной сделки с Ираном до ее разрыва и обратно окончательно ликвидировали возможность хоть какой-то нормализации американо-иранских отношений — и даже вернуться к старым договоренностям уже невозможно.
А попытка американцев после 24 февраля "наказать Россию" и вовсе обнажила неприглядную для них реальность — Ближний Восток не собирается играть в чужую игру, не хочет подыгрывать слабеющему гегемону. Раньше регион сам был объектом бесконечных американских манипуляций, закончившихся прямой интервенцией и разгромом одной из ключевых арабских стран, Ирака. Иракская кампания окончательно подорвала доверие к США в регионе — и ни огромное военное присутствие, ни старые связи с элитами не могут вернуть утраченное.
На Ближнем Востоке Штаты все больше воспринимают как уходящего игрока — неспособного ни сформулировать собственные интересы, ни защищать своих союзников и партнеров (кроме Израиля). Джо Байден в той или иной степени занимается регионом уже почти полстолетия — и для него, конечно, больно видеть, как его страна, достигшая к рубежу веков максимума своего влияния на Ближнем Востоке, сейчас, по сути, оказалась без стратегии и понимания своей будущей роли в этом важнейшем геополитическом месте. Впрочем, если бы проблемы у США были только на Ближнем Востоке, это было бы не худшим вариантом. Куда опаснее для них то, что они не понимают, что делать с собственной страной.
Лента новостей
0