Флаг Шанхайской организации сотрудничества и флаги стран участниц ШОС - Sputnik Узбекистан, 1920, 21.07.2022
Саммит ШОС-2022 в Самарканде
Саммит Шанхайской организации сотрудничества, 15-16 сентября, Самарканд, Узбекистан

Встреча в Самарканде изменит мир: что эксперты ожидают от саммита ШОС

© SputnikСамарканд, украшенный флагами и символикой саммита ШОС-2022
Самарканд, украшенный флагами и символикой саммита ШОС-2022 - Sputnik Узбекистан, 1920, 15.09.2022
Подписаться на
НовостиTelegram
В Самарканде в четверг стартует саммит глав государств-членов Шанхайской организации сотрудничества.
ТАШКЕНТ, 15 сен – Sputnik. В Самарканде 15 сентября начинается 27-й саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). В Узбекистан съедутся лидеры множества стран и представители авторитетных международных организаций.
Мероприятие обещает стать если не поворотным, то как минимум в заметной степени повлиявшим на формирование дальнейшего мироустройства.
О том, что накануне старта саммита ШОС говорят и прогнозируют эксперты, – в материале Sputnik.

Что значит расширение ШОС?

В ходе саммита Шанхайской организации сотрудничества статус полноправного членства обретет Иран. С 2005-го страна находилась в статусе страны-наблюдателя при ШОС.
Аналогичная процедура принятия в полноправные члены, как ожидается, будет запущена в отношении еще одного наблюдателя – Беларуси. Соответственно, в ближайшем будущем республика станет десятым членом организации.
Помимо этого, как ожидается, статус партнера по диалогу получат Египет, Катар и Саудовская Аравия, а претендентами на него станут Бахрейн и Мальдивы.
Опрошенные Sputnik эксперты считают, что тенденция к расширению является демонстрацией готовности ШОС к углублению сотрудничества и превращения организации в альтернативу "коллективному Западу".

"Главное, что мы увидим на данном саммите – это принятие того факта, что мир разделился на две части, на "прозападный" и "незападный" миры, — считает директор Института социально-экономических исследований, доктор экономических наук Алексей Зубец. — Во второй "мир" входят страны, желающие добиться повышения темпов роста своих экономик, но не полагающиеся в этом начинании на Запад. Нахождение же в "прозападном" блоке несет за собой высокие риски превращения страны в некое неоколониальное государство, находящееся под экономическим диктатом Запада. Тогда как "незападный" альянс, группирующийся вокруг ШОС, является гораздо более свободным с точки зрения основ своего формирования и более интересным с точки зрения развития".

Долгие годы Иран не мог получить статус полноправного члена ШОС: сначала этому мешали международные санкции, которые через Совбез ООН сумела продавить администрация Барака Обамы, далее – конфликт с Таджикистаном, потом -- односторонний выход США из "ядерной сделки" и возобновление сильнейшего санкционного давления.

"Многие эксперты, особенно западные, говорили, что Москва и Пекин не хотят дать Ирану место за общим круглый столом из-за его жесткой антизападной, антиимпериалистической позиции, чтобы не превратить ШОС в такое однозначное "Анти-НАТО", — говорит старший научный сотрудник Российского института стратегических исследований (РИСИ) Марианна Баконина.

И даже когда год назад было принято решение о принятии Ирана в полноправные члены ШОС, Запад твердил, что этот процесс вступления затянется надолго – как минимум до завершения переговоров в Вене по "ядерной сделке" и снятия односторонних санкций США, продолжает эксперт.
Другими словами - вопрос вступления Ирана, как они прогнозировали, должен был постоянно откладываться, пока Запад не даст свое разрешение на вступление Тегерана.

"Однако переговоры в Вене не завершены, санкции не сняты, а Иран в рекордно короткие сроки – всего за год – прошел путь от кандидата до полноправного члена ШОС, — говорит Марианна Баконина. — Таким образом, все страны-участницы ШОС, принявшие решение о полноправном участии Ирана в работе организации, показывают всему миру, что они считают односторонние санкции США в отношении Тегерана нелегитимными, для них несущественными. Они однозначно дают понять, что будь то односторонние санкции США, будь то давление Евросоюза или еще что-то – это нелегитимное в понимании государств-членов ШОС решение".

Как отмечает начальник отдела аналитики Исследовательского центра Международной торговли и интеграции (ITI) Вячеслав Коломин, ценность ШОС опирается на тот фактор, что организация стала одной из главных структур "незападного" многостороннего взаимодействия.

"Организация уже самим фактом успешного межгосударственного диалога на евразийском пространстве демонстрирует потенциал "незападного" мира к самоорганизации", — заявляет он.

По мнению Алексея Зубца, насущная необходимость для любого нормального развивающегося государства – иметь альтернативную опору тем альянсам, которые формирует сегодня Запад. И именно это притягивает к дверям ШОС все новые и новые государства

"Осознание необходимости альтернативной опоры в биполярном мире – то, что должно окончательно закрепиться в ходе самаркандского саммита", — говорит эксперт.

"В свете текущей ситуации усиление Шанхайской организации сотрудничества выглядит необходимым шагом не только для России, но и для стран, ведущих политику, не соответствующую установленным в одностороннем порядке со стороны США стандартам", — соглашается доцент кафедры экономической теории РЭУ им. Г.В. Плеханова Олег Чередниченко.

И в этом контексте, отмечает он, прием Ирана в состав ШОС в качестве полноправного члена и запуск аналогичного процесса в отношении Беларуси является не только усилением противостояния "коллективного Востока" "коллективному Западу", но и четким сигналом американо-европейской коалиции.

"Сигналом об укрепляющейся тенденции в практически окончательной трансформации однополярного мира американской гегемонии в биполярный мир формата "Восток против Запада", — считает эксперт.

Ответ на вопрос "почему ШОС для многих стран сейчас важнее ряда других объединений и почему сегодня так много желающих получать статус партнера по диалогу/наблюдателя/полноправного члена организации?" Sputnik’у дала также Марианна Баконина. По ее мнению, все дело в том, что не смотря на наличие в организации таких "тяжеловесов", как Китай, Россия и Индия, все решения там принимаются консенсусом.

"ШОС - это не военно-политический союз, где есть очевидный лидер, способный навязывать свою волю остальным. ШОС – это, скорее, некий евразийский клуб, где страны, озабоченные безопасностью Евразии, ростом экономического взаимодействия и культурного сотрудничества, принимают совместные решения для своего развития с учетом национальных интересов каждой страны. Именно эти цели преследовал Иран, столько лет пытаясь стать полноправным членом организации. Такие же задачи ставят перед собой страны, стучащие сегодня в двери Шанхайской организации сотрудничества", — рассказывает эксперт.

По состоянию на сегодняшний день ШОС уже стал чем-то большим, чем просто очередная международная организация, отмечает Марианна Баконина.

"Присоединение к ШОС Ирана - причем быстрое - показывает, что страны-участницы Шанхайской организации сотрудничества изменили свою позицию относительно взаимодействия с США. И они прямо дают понять Вашингтону и Брюсселю, что их позиция в отношении Ирана, Китая, Индии или Россию более учитываться не будет", — говорит она.

Демонстрация снижения западного влияния

Самой важной темой, которая будет обсуждаться на саммите ШОС, по мнению Марианны Бакониной, станет дедолларизация экономического взаимодействия.

"Сейчас очень многие страны на двухсторонней основе ведут переговоры о переводе торговли в национальные валюты. Полагаю, какие-то более глобальные решения – возможно, в рамках всей организации – будут обсуждаться в ходе саммита", — считает эксперт.

По ее словам, это только начало данного диалога, отчего сегодня трудно судить, какие конкретно это могут быть решения, однако эксперт предполагает, что в ходе саммита может быть положено начало созданию некоей общей "корзины валют" стран-участниц ШОС.

"То есть есть блок стран. Условная Саудовская Аравия получила очень много иранских риалов и ей некуда их потратить. Зато Индии – есть куда, потому что она импортирует много нефти, зато она экспортирует рис или что-то еще, что необходимо Саудовской Аравии. И так далее со всеми остальными странами. Либо могут быть созданы или выбраны какие-то условные единые расчетные единицы, но не доллар", — рассказала Марианна Баконина.

С мнением, что одной из важнейших тем, которая будет затронута в Самарканде, является переход на национальные валюты в области развития внутренних платежей, соглашается Алексей Зубец.

"Запад объявил экономическую войну не только России, но и Китаю. Пусть она не так сильно выражена, как в отношении РФ, но китайские власти совершенно очевидно отдают себе отчет в том, что экономическая война объявлена и им тоже. Китай, как и Россия, заинтересован в том, чтобы создать альтернативные независимые платежные системы, которые позволят обеспечить ту же самую безопасность в плане финансов", — говорит эксперт.

Также, отмечает он, следует понимать, что финансовая история востребована абсолютно во всех странах, просто потому что рассчитываться в нацвалютах дешевле, чем в долларах и евро.

"При переходе на нацвалюты пропадает необходимость покупать доллары и евро, чтобы оплатить экспорт или финансировать импорт", — рассказал Алексей Зубец.

По мнению Олега Чередниченко, особую важность имеет личный визит председателя КНР Си Цзиньпина в Самарканд. Он, отмечает эксперт, демонстрирует значимость форума не только для второй экономики мира (Китая), но и отражает его серьезнейший настрой в активизации процессов не только политической, но и экономической интеграции со странами-участницами форума.
А усиление этой интеграции, говорит он, это еще один сигнал в демонстрации снижения эффективности западных санкций.

"В этой связи можно ожидать заключения емких стратегических соглашений между странами-участницами ШОС. Причем, очевидно, эти соглашения будут заключаться "в привязке" к национальным валютам, что в еще большей степени ослабит позиции американской валюты. А в текущих условиях такой подход может являться очень критичным для США", — делится ожиданиями Олег Чередниченко.

Ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ), научный сотрудник Финансового университета при правительстве РФ Станислав Митрахович считает, что еще одной важной экономической составляющей саммита может стать обсуждение общих проектов стран-участниц ШОС, которые мог бы финансировать какой-то совместный финансовый институт.

"Сегодня существует межбанковское объединение в рамках ШОС, возможно, будет анонсирован какой-то план развития данного направления в ближайшие годы. Например, существует Новый банк развития, финансирующий различные проекты в странах БРИКС. Возможно, будет запланировано создание какого-то аналога в рамках ШОС", — размышляет эксперт.

Первом делом — транспорт

Вступление в ШОС такого важного не только на Ближнем Востоке, но и в целом в Евразии государства, как Иран, принесет не только геополитические плюсы организации, отмечает Марианна Баконина.
Иран, отмечает он, является своего рода "мостом", по которому идет транзит.

"Транзит, идущий с востока на запад и, особенно, с юга на север, без Ирана практически невозможен. Поэтому сейчас активирован давно задуманный проект международного транспортного коридора "Север – Юг", через который предполагается доставлять грузы из Юго-Восточной Азии и Индии на север – в Европу – через Иран, Каспийское море, Россию. Получается эдакий дублер Суэцкого канала, что будет способствовать экономическому развитию стран-участниц ШОС", — рассказала эксперт.

Развитие транспортных коридоров также станет одной из важнейших тем, которые должны быть затронуты в ходе саммита в Самарканде, продолжает Алексей Зубец.

"Весь наш союз внутри себя сегодня не очень хорошо связан с транспортной точки зрения. Без развития транспортных коридоров невозможно экономическое развитие ШОС, — говорит эксперт. — Условно, не существует достойных коридоров, которые полноценно связывали бы Иран, РФ и КНР. Тот же МТК "Север – Юг", о котором так много говорят, сегодня фактически не существует, только-только начинает работать".

Кроме этого, надо понимать, что важную роль в географии ШОС играет Россия, продолжает Алексей Зубец. И Россия, отмечает он, сегодня столкнулась с транспортными проблемами: у страны всегда работало западное экспортное направление, и в один день оно очень сильно ослабло.

"Возникает вопрос необходимости развития каких-то альтернативных транспортных магистралей для поставок продукции в Индию, Китай и так далее. Также и в обратном направлении – для поставок товаров в Россию или же транзитом через нее в другие государства. Поэтому, очевидно, развитие транспортной инфраструктуры – это крайне важная тема для обсуждения на саммите, которая однозначно должна быть поднята", — считает эксперт.

От безопасности — к экономике

Изначально ШОС формировалась как блок обеспечения безопасности, рассказывает Алексей Зубец. Страны договорились сотрудничать в области борьбы с терроризмом, обмениваться данными, и так далее. Это не был военный альянс, но была некая гарантия безопасности.

"Однако с самого возникновения ШОС – в 1996 году была организована "Шанхайская пятерка" (Казахстан, Китай, Кыргызстан, Россия, Таджикистан) – начала расти его экономическая составляющая", — говорит Алексей Зубец.

Многие страны, входящие в ШОС, сегодня испытывают экономические проблемы, отмечает эксперт. Среди них и рост внешнего долга, и безработица, и невысокая инвестиционная привлекательность, и невысокие стандарты качества жизни, и недостаток тех ресурсов, которые страны могут направить на свое развитие.

"Все нуждаются в том, чтобы укрепить свое экономическое положение и стать более независимыми от Запада, — считает Алексей Зубец. — ШОС может стать хорошей площадкой для решения экономических проблем, стоящих перед странами-участницами. Поэтому, я считаю, нынешний саммит должен "убить двух зайцев" — укрепить блок, как гарант безопасности, и получить дополнительное развитие экономической компоненты ШОС, которая будет группироваться вокруг трех наиболее сильных государств, способных предоставить экономическую поддержку другим странам, – Китая, России и Индии".

Несмотря на то, что ШОС имеет как экономический, так и политический компоненты, в интересах ряда стран – в том числе и России - ориентировать структуру на решение приоритетных общих для всех вопросов безопасности, считает Вячеслав Коломин.

"Например, в афганском вопросе. В этой связи расширение ШОС полезно для повышения репрезентативности структуры и объединяющей роли для стран Большой Евразии", — говорит он.

Энергетика ждет "зеленый свет"

Еще одним плюсом, который получит ШОС от вступления Ирана, является определенная гарантия энергетической безопасности, отмечает Марианна Баконина. В стране, говорит эксперт, большие разведанные запасы углеводородов, и с ее вступлением в состав организации возможности ШОС в области стабилизации энергетического баланса в регионе значительно возрастут.
Самым важным событием саммита в области энергетики, считает Станислав Митрахович, может стать достижение прогресса в плане продвижения новых крупных инфраструктурных проектов.

"В частности, я имею ввиду российско-китайские проекты строительства нефтепровода ВСТО-3 (Восточная Сибирь – Тихий океан) и газопровода "Сила Сибири-2", который ведет свое начало от западносибирских газовых месторождений транзитом через Монголию в Китай. Это принципиально важная задача. На сегодня нет никаких объявлений, но если по итогам саммита в Самарканде появятся хотя бы какие-то намеки относительно прогресса по этим проектам, то это будет хороший знак", — говорит эксперт.

Ведущий аналитик ФНЭБ, научный сотрудник Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков отмечает, что прорывных решений в области энергетики от саммита ШОС, скорее всего, ожидать не стоит. По крайней мере, публично объявлять о них не будут, считает он.

"Я думаю, что на закрытой части мероприятия стороны могут обсуждать вопрос торговли углеводородами, прежде всего, российско-китайское сотрудничество в данной области, поскольку РФ заинтересована в том, чтобы поставлять больше нефти, газа и угля в Азию", — говорит эксперт.

Центральным "энергетическим вопросом" саммита Игорь Юшков также называет обсуждение проекта строительства газопровода "Сила Сибири-2".

"Смысл как раз-таки в том, что с западносибирских месторождений газ сейчас идет в Европу. И если раньше газопровод "Сила Сибири-2" рассматривался как дополнение к европейскому рынку, то теперь перспективы в Европе закрываются. Сами европейцы, по крайней мере, говорят о том, что через несколько лет они будут готовы разорвать контракты с РФ и полностью откажутся от российского газа. Если это произойдет, то тогда этот западносибирский газ нужно будет куда-то девать", — рассуждает эксперт.

В связи с этим Россия, отмечает он, заинтересована в том, чтобы строить газопровод "Сила Сибири-2" практически любой мощности.

"Сейчас там обсуждается 50 млрд куб. м в год, но мы можем поставить и 100 млрд, и 150 млрд. Поэтому в ходе саммита это для России может являться центральным вопросом".

Другой животрепещущий для России вопрос – это неприсоединение стран-участниц ШОС к антироссийским санкциям в виде потолка цен на российскую нефть, говорит Игорь Юшков. Данный вопрос, отмечает он, опять же в основном касается Индии и Китая, являющихся крупнейшими покупателями российской нефти.

"Вся нефть и все нефтепродукты, что шли в западном направлении, теперь должны перейти на азиатские рынки, — говорит эксперт. — В этом вопросе, возможно, в Самарканде будут достигнуты договоренности, чтобы эти страны не присоединялись к потолку цен на российскую нефть. Вероятно, Россия еще раз предупредит, что не будет продавать свои нефть и газ тем странам, которые будут пытаться их купить по цене не выше этого самого "потолка". Также в ходе обсуждений Россией может быть обсуждена скидка на углеводороды для стран, которые к этому "потолку" не присоединятся".

Про нейтралитет Китая можно забыть

В ходе саммита будет много двусторонних встреч, отмечает Марианна Баконина, однако больше всего "коллективный Запад" и, в частности, США нервничают из-за анонсированных переговоров глав России и Китая - Владимира Путина и Си Цзиньпина соответственно.

"Китай уже давно не такой нейтральный, как принято считать, — говорит она. — Очевидно, что открыто провозглашенные цели США относительно сдерживания Пекина (поскольку Штаты считают КНР конкурентом и соперником №1, а РФ — №2) заставили Китай переменить свою позицию. США ранее не позволяли себе подобных деклараций, а теперь говорят об этом открыто".

"Ранее китайский нейтралитет объяснялся очень просто, — рассказывает Алексей Зубец. — Они до последнего времени рассчитывали как-то договориться с США, наладить какие-то нормальные отношения. Их мотивация состояла в том, что американо-китайские отношения нужны и выгодны обеим сторонам, что американская экономика просто не может существовать без китайских товаров, без китайского рынка и так далее".

Однако, продолжает он, в последние месяцы китайское руководство убедилось в том, что мирные отношения с Китаем в планы американского правительства просто-напросто не входят.

"У американцев есть четкая ориентация на конфликт, и Китаю придется воевать. Не исключено, что обойдется без военного столкновения и все будет решаться мирными способами, но экономическая война объявлена и заднего хода у американцев в этой истории уже нет. Это окончательное решение США. В этих условиях поддерживать нейтралитет китайскому руководству уже не имеет никакого смысла", — говорит Алексей Зубец.

По словам эксперта, США продолжают вводить санкции в отношении Китая – в области электроники, комплектующих для самолетов и много чего еще. И это, отмечает он, является лишь еще одним доказательством того, что американцы приняли решение о конфронтации и обратного пути в этой истории уже не будет.

"Сегодня объявить полноценную экономическую войну Китаю – вроде той, что они объявили России – Штаты сегодня не могут. Они просто потеряют большую часть капитализации собственных предприятий, которые не смогут существовать без китайских заводов и комплектующих. Поэтому острой фазы экономической войны между США и КНР пока нет, но она не за горами, и Китай это понимает", — считает Алексей Зубец.

Поэтому, говорит эксперт, по итогам самаркандского саммита мы, скорее всего, увидим дальнейшее сближение КНР и РФ – экономическое и военно-политическое.

"Вполне можно ожидать намеков на более близкий альянс между Москвой и Пекином, — считает Алексей Зубец. — Главным итогом встречи глав России и Китая, я думаю, будет подтверждение сотрудничества и смягчение нейтральной позиции Китая в пользу более пророссийской".

"В ходе саммита и по его итогам, скорее всего, каких-либо открытых деклараций о противодействии Западу представлено не будет, — резюмирует Марианна Баконина. — Но то, что будет обсуждаться налаживание и развитие взаимоотношений в плане стратегического партнерства и всеобъемлющего сотрудничества именно в рамках ШОС – очевидно".

Лента новостей
0